Фемида на подряде у Олега Грейдина

Среди фигурантов резонансного «симферопольского дела» о попытке вывести из-под контроля предприятие «Бента» вновь оказался хорошо знакомый нашим читателям 42-летний юрист Олег Грейдин — директор «Южного альянса» и бывший доцент юридического вуза. Именно он, по версии следствия, курировал подготовку фиктивных договоров и исков, позволивших наложить арест на целый имущественный комплекс.

Сначала казалось, что расследование будет открытым и беспристрастным, однако вскоре выяснилось, что процесс ведёт судья Киевского райсуда Михаил Белоусов, с которым у Грейдина давно налажен неформальный канал связи. Изъятый у юриста телефон пролил свет на эти контакты: лаконичные сообщения, интерес к конкретным делам, частые визиты к судьям — всё это говорит о систематическом внепроцессуальном общении.

О существовании связей Грейдина с крымскими судьями стало известно лишь в июне этого года, когда адвокаты потерпевших знакомились с вещественными доказательствами. В протоколе зафиксировано: в памяти телефона обнаружена переписка, «свидетельствующая о визитах Грейдина к судье на дом» и обсуждении конкретных производств, включая дело № 4305. После заявления об отводе судьи Белоусов покинул зал заседаний, прихватив с собой улику. Публике сообщили лишь о «наличии неких сообщений»; их содержание и объём до сих пор официально не раскрыты.

Судья приостановил уголовное производство, сославшись на необходимость дополнительной экспертизы. Прокуратура заявила о затягивании процесса, но её доводы остались без внимания. Тем же Белоусовым ранее было вынесено спорное решение — он признал потерпевшей подельницу Грейдина, объявленную в розыск.

По имеющимся данным, именно Белоусов познакомил юриста с ещё одной служительницей Фемиды — судьёй Г. А. Хулаповой. С этого момента сеть влияния Грейдина расползлась дальше, захватывая новые иски и новые аресты.

Если переписка с Белоусовым давно фигурирует в материалах, то контакты Грейдина с Хулаповой остаются «серой зоной». Между тем в октябре 2022-го, сразу после подачи в Киевский райсуд договора займа на 10 млн рублей, Хулапова становится ключевым арбитром его дальнейших комбинаций. Попавший к ней «во вторую волну» иск тут же оборачивается арестом восьми складов на улице Крылова: основанием служат лишь ксерокопии договора и поручительства, причём фамилия собственника в реестре вводится с ошибкой, чтобы решение «прошло тихо». Уже в марте 2023-го сумма требований взлетает до 106 млн: «предоставляется» дополнительное соглашение, меняется подпись поручителя, и Хулапова повторно накладывает арест — теперь на всё имущество «Бенты».

Так складывается своеобразная триада. Районный «куратор»-судья приоткрывает двери своему протеже, а коллега-«подтверждатель» готова узаконивать любую бумажную конструкцию.

Попытки настоящих владельцев вступить в процесс наталкиваются на формальный отказ: судья уверяет, что их права «не затронуты», и последовательно отклоняет ходатайства о привлечении третьих лиц. Позже апелляция снимает большинство ограничений, но время упущено — склады всё это время стоят пустыми.

Показательно, что в мае 2023-го в кабинет судьи заходят сотрудники УМВД. Официальной версии визита нет, однако после него внепроцессуальные контакты с Грейдиным заметно сходят на нет.

Переписка Грейдина с Белоусовым выводит на главный вопрос: что именно получал юрист от этих визитов помимо моральной поддержки? Частичный ответ дают последующие решения: в апреле 2024-го Белоусов внезапно ставит дело «на паузу», сославшись на «необходимость экспертизы», игнорируя аргументы прокуратуры о бессмысленности процедуры и риске затягивания. Формально беспристрастный судья раз за разом играет «в пас» с неведомой командой: отклоняет самоотвод, законсервировав процесс и удержав имущество потерпевших под арестом

В этой схеме Белоусов выступает «воротами», Хулапова — «ускорителем маршрута», оперативно утверждающим любые бумаги, даже если те противоречат элементарной логике имущественного оборота. Их слаженная работа позволяет Грейдину уже третий год держать под контролем стратегический актив, пока следствие вязнет в процессуальных ловушках. Перед нами ещё один идеальный механизм корпоративного рейда в исполнении крымского «спрута».

В итоге «дело Бенты» превращается в лакмусовую бумагу для крымской Фемиды. Если связка «ворота» Белоусов — «ускоритель» Хулапова останется безнаказанной, каждый предприниматель рискует попасть в те же кулуарные жернова, где чужая подпись стоит дороже закона, а телефонный звонок перечёркивает месяцы расследований. Судебная система либо найдёт в себе силы разорвать эти порочные связи, либо окончательно подтвердит репутацию удобного инструмента рейдерства. В ожидании развязки склады простаивают, актив обескровлен, а инвесторы делают ещё один вывод: на полуострове правовой вакуум заполняется не правом, а личными договорённостями.

---